Сбербанк подписал соглашения с Санкт-Петербургом
На Петербургском международном экономическом форуме Сбербанк России и Санкт-Петербург подписали соглашения о сотрудничестве.
На Петербургском международном экономическом форуме Сбербанк России и Санкт-Петербург подписали соглашения о сотрудничестве в развитии инфраструктуры Санкт-Петербурга, в реализации проекта "Универсальная электронная карта" и о взаимодействии в целях размещения государственного и муниципального заказа Санкт-Петербурга.
По словам Германа Грефа, Санкт-Петербург получит около 100 млрд. рублей на реализацию инфраструктурных проектов. Это будут как прямые кредиты, так и другие инструменты, в частности размещение облигаций под государственные гарантии.
В частности, до 60 млрд. рублей будет потрачено на строительство Западного скоростного диаметра - трассы, которая свяжет морской порт Санкт-Петербурга с Кольцевой автомобильной дорогой. Около 48 млрд. рублей будет направлено на строительство Орловского тоннеля под рекой Невой. 11 млрд. рублей будет выделено на систему скоростного железнодорожного транспорта, сообщает РБК.
Интересный материал, особенно с точки зрения практики реабилитации бизнеса. Но, на мой взгляд, здесь возникает более фундаментальный правовой вопрос.
Если присвоение «желтого» уровня риска фактически способно существенно осложнить хозяйственную деятельность компании, при этом сама компания не знает ни конкретных причин изменения рейтинга, ни веса отдельных критериев, ни логики их совокупной оценки
Особенно интересно это применительно к судебному контролю. Что именно в случае спора должен доказать Банк России: только то, что использованные им критерии в принципе предусмотрены нормативным регулированием, или также то, какие конкретно сведения о
И второй вопрос: насколько полноценной может быть судебная проверка решения, основанного на алгоритмической модели, если ее существенная часть — веса признаков и механизм формирования итоговой оценки — остается закрытой?
На мой взгляд, именно здесь проходит интересная граница между допустимым использованием риск-ориентированного алгоритма и необходимостью обеспечить проверяемость индивидуального решения, которое влечет реальные последствия для бизнеса.
Было бы особенно интересно увидеть судебную практику, где заявитель ставил вопрос не о законности самих критериев ЗСК, а именно о проверке причин, по которым конкретная компания получила «желтый» рейтинг.